no subject

Сергей Вакуленко 10 ч. · Нынче завирусился заголовок, что в результате украинских атак в России простаивает 38% мощностей нефтепереработки. На первый взгляд, цифра впечатляющая. Но реальность все-таки сильно сложнее. https://www.facebook.com/sergey.vakulenko.7/posts/pfbid0qvoyXuhiKR8GH6jPcxBjo4ye1gUzHFG8YLpQY8yZfok4teLhvmjb1xUarnL8UsMFl Откуда взялась эта новость? В РБК вышла статься со ссылкой на комментарий эксперта агентства анализа количественных данных "Сиала", а все остальные эту новость подхватили и понесли. Но откуда эту оценку взял сам эксперт, можно ли ему верить на слово или надо проверять? Для начала, можно попробовать подвергнуть этот показатель обратному инжинирингу. На сайте «агентства» Сиала есть список всех НПЗ России с их паспортной мощностью. Именно паспортной мощностью, а не средним объемом переработки. В сумме там набирается мощностей на 327 млн. тонн в год или на 900 тыс. тонн в сутки. Там же есть список всех атак на НПЗ до 26 сентября. Дальше можно проделать простенькое упражнение – забить список заводов с мощностями в Эксель и сложить мощности всех заводов, подвергшихся атаке, осаленных, так сказать, начиная с 1 августа 2025 года. И... Бинго, получаем те самые 38% мощностей. Правильно ли так считать? Для получения оценки сверху так можно, да. Но это будет именно оценка сверху. Для получения более реалистичной цифры надо, как минимум, ответить на два вопроса и сделать поправку на них. 1. Можно ли считать, что все атаки повреждают завод целиком? Настолько, что завод полностью останавливает работу и вся мощность завода вычитается из доступного объема? 2. Точно ли за прошедшее время не починили хотя бы часть повреждений? Настолько, что осаленный завод до сих пор стоит? У меня нет доказуемого ответа ни на один из этих двух вопросов – информации сейчас откровенно мало. Тем не менее, по опыту прошлых лет думаю, что ответы на оба вопроса таковы, что и повреждались заводы частично, и часть удалось отремонтировать, так что, какая-то доля выбывшей мощности вернулась в строй. Не то, чтобы проблемы совсем нет - никто этого не говорит. Ситуация сейчас явно острее, чем весной-летом 2024 года. Украинские дроны и летают дальше, и несут более мощные боевые части, и атаки регулярно повторяются. На Волгоградский НПЗ было 4 налета – 13 и 14 августа и 18 и 24 сентября. На Новокуйбышевский три – примерно раз в три-четыре недели, на Рязань, Саратов и Салават – две. Раньше подобное случалось только с заводами Краснодара и Ростова, находящихся в зоне досягаемости дешевых легких и примитивных беспилотников, запускаемых с украинской территории, непригодных для атак более удаленных целей. Но тем не менее, проблема все-таки не настолько остра, как может показаться при виде заголовка "от российской нефтепереработки осталось чуть больше половины". Дело в том, что суммарные мощности российских НПЗ действительно около 327 млн. тонн в год, но перерабатывает Россия 260-270 млн. тонн, а потребляет – 110-120 млн. тонн нефтепродуктов. Т.е. если начать разбираться, из чего же состоят простаивающие 38%, то для начала выяснится, что 22% паспортных мощностей российских НПЗ простаивают просто всегда, но оставшиеся 78% производят куда больше продуктов, чем Россия потребляет. Дизеля в России производится практически вдвое больше, чем нужно для внутреннего потребления, бензина – на 16% больше, а кроме того производится нафта (бензиновый полуфабрикат) в объеме 60% от потребления бензина – и почти вся она идет на экспорт. Если понадобится, из нее можно довольно просто делать бензин. Не самого высшего качества, не самый экологичный, не самый полезный для двигателей в долгой перспективе, но в качестве аварийного решения вполне допустимый. История с этими вечно простаивающими 22% сложная – часто это старые, в реальности практически выведенные из эксплуатации установки, которые стоят себе на своих планшетах на НПЗ, а хозяевам недосуг их разобрать, да и просто выводить установку из эксплуатации по всем правилам – это довольно муторное занятие, потом еще рекультивацию территории делать надо, куда проще держать ее как бы в рабочем, но остановленном состоянии. Есть еще один момент – уменьшение первичных мощностей переработки (вывод из строя одной из колонн атмосферной дистилляции), как правило, не означает пропорционального уменьшения производства товарных топлив. Мощности первичной переработки, количество производимых ими полуфабрикатов для бензина и дизтоплива почти всегда превосходят пропускную способность последующего каскада установок, на которых и производится моторное топливо, соответствующее стандартам (это, например, установки изомеризации, гидроочистки и так далее). В итоге, при остановке, скажем, одной из двух одинаковых колонн, производительность по бензину может снизиться процентов на 25-30, а не на 50, как ожидалось бы. Так что, даже возможно более корректное описание ситуации «В России простаивает 40% мощностей первичной переработки» не означало бы, что выпуск бензина сократился на 40%. (И повторю, нельзя делать с уверенностью утверждение, что в простое оказался именно такой объем первичной переработки). В качестве иллюстрации-аналогии представьте, себе такую картинку. Есть семья из двух человек, у нее есть гараж, в гараже есть дедушкина «Волга» с оленем на капоте, которая, вроде, даже когда-то ездила и ее, наверное, можно завести, если правильные запчасти найти, но в основном она стоит. А еще в том же гараже есть два VW Golf, в семье два человека с правами, но муж работает из дому и водить не любит, а жена почти всегда за рулем. Если в один из «Гольфов» попадает дрон, то можно будет после этого сказать, что у семьи в простое оказалось 66% автопарка. Но реально работающего автопарка – 50%, и реальный дефицит мощностей мобильности будет ощущаться куда реже - лишь когда обоим взрослым одновременно понадобится куда-нибудь поехать, что по условию задачи редкость. В заключение пару слов об анатомии скандала. Агентство Сиала, посчитало не слишком корректно, но выдало хлесткий заголовок. В отсутствие информации о реальном положении дел и при большом интересе к предмету, как практическом, так и болельщицком плане, новость стала популярна и стала переходить из уст в уста, из поста в пост, из твита в твит, как сюжет в легенде. А что же на самом деле? Ситуация в нефтеперерабатывающей отрасли России сейчас непростая, но не настолько катастрофичная, как можно было бы подумать. Что будет дальше – зависит от того, сможет ли Украина поддерживать или расширять масштаб своей кампании против российских НПЗ – охват (количество атакуемых заводов), напор (количество дронов и суммарный вес взрывчатки в каждой волне, идущей на атакуемый завод) и тактовость (регулярность и повторяемость атак по одним и тем же целям). Атакуемая отрасль здесь становится подобна человеку, которого регулярно бьют – от одного или даже десяти ударом кулаком ничего смертельного не случится, человек восстановится. Но после каждого удара восстанавливаться все сложнее и в итоге человек может оказаться забит до смерти множеством ударов, каждый из которых по отдельности был не смертелен. Отдельный вопрос, что этому сможет противопоставить российская ПВО. Защитить один завод не так сложно, но атакующий здесь в более выгодном положении – перенаправлять атаку куда проще, чем перекидывать противовоздушные активы с завода на завод, а если размазывать активы ПВО тонким слоем, оборона все равно будут пропускать какое-то количество ударов. Кроме того, есть и другие цели, которые надо оборонять. Голь на выдумки хитра, как мы уже увидели - НПЗ начинают оборачивать сетками и окружать "мангалами", как технику в зоне боевых действий. Может, это повод посмеяться, а может, и действительно рабочая мера. PS Я все-таки разобрался, что такое агентство Сиала. Его руководителем и учредителем является 26-летний выпускник физтеха Дарюс Манкус. Кроме упоминаний в реестрах владельцев и руководителей компаний, его имя встречается только в контексте организации школьных олимпиад и любительских соревнованиях по футболу. Кроме него, в «агентстве», похоже, работает ровно один человек, Владимир Никитин. Он, по всей видимости, постарше, и по данным его профиля в LinkeddIn, он программист, занимающийся строительством дэшбордов, отображающих различную информацию по энергетической отрасли. В течение последнего года он дал несколько комментариев по теме энергетики, попавших в РБК. У агентства есть сайт, телеграм-канал (300 подписчиков) и страница в LinkedIn (около 1500). По всей видимости, человек, наполняющий страницу агентства в Linked In и ведущий телеграм канал агентства – большой энтузиаст, тратящий много сил на сбор и оформление самой разной информации по энергетике – в основном из открытых источников, типа, например, gem . wiki , но дело тоже небесполезное. Сбор, правда, довольно бессистемный, реальной аналитики там практически нет, а данные взяты из других открытых источников. Наверное, использовать это мнение в качестве эксперта не стоило бы. Впрочем гг. Манкуса и Никитина я тоже понимаю, если 50 лет назад автор популярно-исторической книжки, тоже, прям скажем, никаких керосинок не заканчивавший, смог стать глобальным гуру по нефтяной теме, то чем они хуже. Ну да, поначалу может быть несколько неловко, но потом может и не быть. Без паблисити нет просперити, на этом одном материале они получили много бесплатной рекламы, поди плохо. Я понимаю РБК, которое пытается держать марку и формат, а для этого надо искать экспертов для комментариев и мнений по горячим и актуальным поводам, а где ж их теперь взять, таких, чтобы говорили осмысленное, сотрудничали с российскими изданиями и за которых не получишь по голове от Роскомнадзора. Другие издания тоже понимаю – тема горячая, завирусилось, нельзя не отписаться, РБК – контора респектабельная, они напечатали, можно на них ссылаться. В общем, как говорится, пока музыка играет, все должны танцевать, в стране слепых и кривой – король, дорогу импортозамещению.